Потепление с обострением

Синие носы ::  хорошая иллюстарция к теме обострений. Взято здесь ::  http://www.a3d.ru/archidat

Свалившаяся на нас неожиданно, как прошлогодний снег на голову, необычно теплая зима, заставляет в этом году некоторых особо возбудимых персонажей действовать в новом, им, видимо, еще неведомом режиме. С одной стороны, возбудимая личность воспринимает теплую погоду, наверное, как некоторое продолжение осени, периода обострений возбудимостей, с другой стороны — наступила, пусть и календарная, но все-таки зима, с ее берложьим медвежьим заспыпанием и замораживанием всякой активности.

Возбудимые личности в недоумении: то ли им продолжать действовать в прежнем, уже их изматывающем, необычно продлившемся режиме сверхвозбуждения, то ли взбить перину с подушками и поставить под постельку ночной горшок. Итогом всех этих климатических коллизий является деятельность, «продукты» которой вызывают по меньшей мере недоумение. Но это еще ничего. В нашей жизни, особенно сейчас, различные странные люди и их действия уже не вызывают особой реакции и отклика, особенно если это напрямую нас не касается, но совсем другое дело, если объектом внимания перевозбужденного персонажа являетесь вы.
Итак, 20 декабря в очень «деловой» газете «Взгляд» публикуются сразу две (!!) рецензии на книги нашего издательства (http://www.vz.ru/culture/2006/12/20/61579.html). Автор — Дмитрий Бирюков, обозреватель раздела «Культура», иногда подрабатывающий в том же самом «Взгляде» пиаром «Молодой Гвардии» в разделе «Политика». Непредвзятому анализу бдительного журналистского ока подверглись книги Гилада Ацмона «Единственная и неповторимая» и «Господин мертвец» Бенджамина Вайсмана.
Как только начинаешь читать рецензию Бирюкова, сразу создается ощущение, будто у автора в голове туман и муть, и никаким сильным бушующим молодым ветрам их оттуда не выгнать.
Первым делом (заметив, что автор романа — еврей, хм…) Дмитрий рекомендует читателю методологию прочтения книги, будто у читателя нет своей, и он дитя неразумное, чтобы самому освоить книжку. Итак, Бирюков предлагает нам следующее:
Можно начать читать с первой страницы и до конца (это если вы любите скучные и однообразные смеси музыкантских баек и рассказов о сексуальных похождениях). А можно — с интервью, где автор поясняет, что же он хотел сказать этим текстом; затем внимательно прочитать коротенькую вторую часть, в которой и раскрывается политический смысл романа; а затем, если не жалко времени, быстро пролистать первую и третью части.
Вот так вот. То есть можно читать как вам нравится, но вот если воспользоваться новой методикой Дмитрия Бирюкова и скакать по страницам, как игривая кошка по диванам, тогда в вашей голове останется только ветер, туман и снег, плюс появится неописуемое желание сблизится с такими же «опустошенными» людьми и записаться, например, в пиарщики «Молодой Гвардии».
Что же касается жалостливого, как к юродиевому из «Бориса Годунова», отношения к своему времени (молодежь, ммм… они постоянно корчат из себя сверхделовых, типа ни на что у них времени не хватает, оч. занятые), то что тут сказать? Если времени нет книжки читать, незачем и покупать их, но это так, к слову. У Бирюкова, видимо, на книги времени уж точно не хватает, потому как зело занят восхвалением и освещением крайне нужных обществу акций молодежного ЕдРа, а книги — это между прочим. Предмет для методологического перескакивания по страницам и поиска знакомых букв.
С первой рецензией все. Потому что дальше (после инструкций, как следует читать книгу) начинается обычная политинформация в духе совка и его полного правопреемника насчет политического маразма ЕдРа. Заподозрив Ацмона в антисемитизме, Бирюков обрушивается на него с уничтожительной критикой в духе советской стенгазеты, раздел «Молния», статья «Позор бракоделам!»:
Главное для еврейского диссидента — усомниться в избранности своего народа. И не просто усомниться, но и намекнуть на то, что и народа как такового не существует, что нет ничего общего между ашкеназами и сефардами, между сабра и алия.
И так дальее. Чем это так раздосадовал Ацмон Бирюкова — непонятно. Учитывая его феерическое «автор — еврей», можно подумать, что Бирюков — антисемит. Более того — прикрывающийся Холокостом:
История — это наука не о прошлом, а о будущем. Отрицать холокост просто глупо, так как представление о нем именно в том виде, который сейчас существует в официально признанной историографии, – гарантия от повторения даже самой малой доли того, что было во времена нацизма. Гилад Ацмон, не задумывается об этом. Он предпочитает играть джаз (надеюсь, хороший) и писать между делом посредственные романы.
Понимаете? Если автор книги еврей, то надо упомянуть Холокост. А если вести разговор о Достоевском — то никак не обойтись без упоминания Октябрьской революции. То же самое про Горького. Нужно вспомнить полет Юрия Гагарина, а упоминая Пелевина с Сорокиным, необходимо все преподать в одной связке с ускорением, гласностью и прожектором перестройки. Когда сказать не о чем, нужно вспомнить о чем-то общеизвестном. Ну, а советский менталитет — в крови, просто так не выведешь. Как привыкли журналисты-комсомольцы учить всех остальных жить, так и продолжают до сих пор. Цирк уехал, но клоуны все еще продолжают читать нудные лекции.
Дальше — больше. Бенджамин Вайсман получает по мозгам, несмотря на то, что тоже (как и Ацмон) еврей. Он просто не писатель и писателем не станет, у него убогий язык (в отличие от Дмитрия Бирюкова! У того язык востер, как стилет черепашки-нинзя!) и т. д. Под раздачу попадают за что-то даже панки, будто они виноваты в Холокосте, о котором так неосмотрительно забыл Ацмон. Да не тут-то было! Используя методику перепрыгивания по текстам взад-вперед и навылет, рецензент находу придумывает замечательный термин, которому наверняка уготована судьба войти в учебники. Итак, внимание. Едритская сила отдыхает. Бирюсов говорит о вечном, метафизическом и космическом. Бирюков выдает на гора «понос сознания»!
«Потоком сознания» такую литературу, то есть «постлитературу», не назовешь (много чести), скорее «понос сознания». Самая сложная задача читателя — найти среди этого нагромождения слов сюжет и характеры героев. Ничего этого здесь нет и быть не может.
Видите? Опять забота о читателе. «Рецензент» прикрывается, как неким абсолютом, то Холокостом, то горячо любимым читателем. Чем-то напоминает «идя на встречу просьбам трудящихся» известного исторического периода. И на закуску последняя цитата:
По следам рассказов Вайсмана сочинение написать вряд ли удастся, поскольку выделить что-то, кроме убогости языка и фантазии автора, вряд ли удастся.

Бирюкову пока не удалось. Занялся бы любимым делом — пиаром ЕдРа. Впрочем, с таким стилем — разве что в рецензенты «Взгляда». Вокруг ведь столько еще «постлитературы»!

Вечерняя Москва :: ФИЛОСОФСКАЯ БОЛТОВНЯ ЗА КРУЖКОЙ ПИВА :: Интервью с Томасом Гунцигом

Книга Томаса Гунцига «Самый маленький на свете зоопарк» (перевод Нины Хотинской, издательство «Ультра-Культура») вышла небольшим тиражом. Но тот, кто ее прочтет, наверняка поразится своеобразию творческого почерка писателя. Интеллектуалы, безусловно, вспомнят Кафку – и правильно, ибо это самый любимый писатель Гунцига. А те, кто просто следит за современной западной литературой, смогут оценить необычно свежую фантазию и нежданный ракурс, в котором предстает современное общество – недоброе, полное опасностей, порожденных цивилизацией. Томас Гунциг, приехавший в Москву на Международную книжную ярмарку, согласился ответить на вопросы «Вечерки».

– Животные в привычном мире мегаполиса – это создает причудливое, необычное пространство. Что для вас означает мир природы?

– У меня есть воспоминание, до сих пор вызывающее большое сожаление.
Когда я был маленьким, мои родители жили в большом доме на опушке леса.
Каждый день я шел в школу лесом, любуясь деревьями, слушая птиц. Я обожал этот путь. А потом мой отец продал дом, и с тех пор я чисто городской житель… Мне было плохо от этого. И я до сих пор обожаю сельскую жизнь, пейзажи, горы на горизонте.

– Где проходит граница между миром природным и человеческим?

– Это вопрос на засыпку. Я никогда не задавал его сам себе. Меня скорее уж интересует, как эти два мира сближаются, отталкиваются, взаимопроникают друг в друга.

– Кто ближе лично вам – Босх, с его сложным миром утраченного рая, или Уолт Дисней, предтеча современных детских комиксов?

– Тут речь о вещах очень наивных и в то же время – очень глубоких. Ведь животные существуют в жизни, вызывают у людей самые разные эмоции. Они могут символизировать несчастье, вызывать плохое предчувствие. Или – сексуальное желание, как корова-девушка в моем рассказе. Или обозначать нечто непонятное и извращенное, как в рассказе о жирафе. Граница между мирами представляется мне довольно искусственной, потому что ведь сперва были животные, а уже потом появились люди.
И поскольку животные появились раньше нас, во всех нас есть частица животного мира. У меня есть наивная мечта о гармонии: чтобы дикий мир вдруг взял да и ожил в большом городе, который потерял первоначальную чистоту….
Читать далее «Вечерняя Москва :: ФИЛОСОФСКАЯ БОЛТОВНЯ ЗА КРУЖКОЙ ПИВА :: Интервью с Томасом Гунцигом»

ЭКСПЕРТ ONLINE :: Как пионер. Главный редактор издательства «Ультра.Культура» не исключает, что предприятие закроют

Екатеринбургское издательство «Ультра.Культура» неожиданно стало предметом внимания московского отдела управления по борьбе с организованной преступностью (РУБОП). По словам сотрудника издательства, попросившего не упоминать его имя, РУБОПовцы, нагрянувшие с визитом, затребовали копии учредительных документов, штатное расписание, должностные инструкции, касающиеся главного редактора, арт-директора и ведущего редактора. Свою версию произошедшего «Э-У» излагает главный редактор «Ультра.Культуры» Илья Кормильцев.

— Илья Валерьевич, какова ваша реакция на обыски?

— Я знаю, что приезжали по вопросу распространения порнографии. Это дело возбуждено еще весной по иску депутата Госдумы РФ Александра Чуева: он считает, что в книге «Запретный дневник» Юрия Баркова, изданной нами, есть порнография.

— Как вы оцениваете перспективу дела?

— Не знаю, я его не заказывал.

— Недавно «Ультра.Культура» выпустила книгу «Бизнес Владимира Путина» Станислава Белковского и Владимира Голышева. Могут ли быть связаны нынешние проблемы издательства и с этими проектами?

— Это может быть связано с любой нашей книжкой: они всегда кому-то неприятны.

Вообще судебные иски начались два года назад с выставки современного искусства Марата Гельмана, мы к ней также причастны. К ней было много претензий со стороны ревнителей православия и нравственности. Они подали на организаторов выставки в суд, в итоге иски проиграли. А сейчас взялись за нас. На их сайте открытым текстом сказано: теперь будем заниматься издателями книг.

— Вы готовы к закрытию издательства «Ультра.Культура»?

— Вы меня спрашиваете, как будто мы живем в стране, где что-то можно предугадать. Я ко всему готов — как пионер. Закрытие зависит от силы политического импульса. Они делают такие вещи с дальним прицелом. Держат по долгу на поводке, а потом «раз»…

— Они — это кто?

— Власти, прокуратура.

— В ближайшее время вы выпустите книги, которые бы касались высших лиц российского государства?

— Обязательно. Но названий я пока говорить не буду.

Екатеринбург — Москва

http://www.expert.ru/society/2006/09/news_qa_kormilzev/

Пресса :: portal-credo.ru :: В деле о порнографии, возбужденном по запросу депутата Чуева, осталась лишь одна книга издательства «Ультра. Культура»

В деле о порнографии, возбужденном по запросу депутата Чуева, осталась лишь одна книга издательства "Ультра. Культура".
В деле о распространении порнографии, возбужденном прокуратурой Центрального административного округа Москвы по запросу депутата Госдумы Александра Чуева, осталась лишь одна книга издательства "Ультра.Культура", сообщает корреспондент "Портала-Credo.Ru".

Как ранее сообщал "Портал-Credo.Ru", прокуратура ЦАО города Москвы 7 апреля провела первые допросы сотрудников издательства "Ультра. Культура" по уголовному делу, которое было возбуждено по статье 242 УК РФ ("Незаконное распространение порнографических материалов и предметов") в связи с запросом заместителя председателя комитета Госдумы РФ по делам религиозных объединений и общественных организаций и "православных правозащитников" из организации "Народная защита". Под порнографическими материалами подразумевались романы Мелвина Берджесса "Сучка по имени Леди" и "Трах", "Запретный дневник" Юрия Баркова, "Трахни меня!" Вирджини Депант, вышедшая в Москве в 2004 году, "Трави трассу. Сатана! Сатана! Сатана!" Тони Уайта, которая вышла под маркой издательства "Адаптек", и культурологической антологии "Культура времен Апокалипсиса" под ред.акцией Адама Парфрея. Дело сразу приобрело скандальный характер, так как автор двух фигурирующих в заявлении книг, популярный английский писатель Мелвин Берджесс побывал в Москве в рамках детского книжного фестиваля, проходившего под патронажем Людмилы Путиной, а русские издания его книг представляла лично супруга британского премьера госпожа Чери Блэр.

"Эти книги – "пособия" по растлению молодежи, изобилуют неформальной лексикой и сценами половых извращений, пропаганды наркотиков, кощунственны и богохульны", - сообщает сайт "православных правозащитников". "Народная Защита" настаивает на том, чтобы уголовное дело было возбуждено и по статье 282 "Разжигание межнациональной и межрелигиозной розни", так как на страницах книг издательства "Ультра. Культура" призывают жечь православные храмы и убивать священников, оскорбляют Христа и православные святыни.
Читать далее «Пресса :: portal-credo.ru :: В деле о порнографии, возбужденном по запросу депутата Чуева, осталась лишь одна книга издательства «Ультра. Культура»»

Перемены.ru :: Илья Кормильцев :: Входит поручик Ржевский

Итак, свершилось. Впервые в истории русского перформативного искусства премию национального масштаба получило произведение, центральным эпизодом которого является десятиминутный матерный монолог.

Я не намереваюсь заниматься критикой картины режиссера Серебрянникова по пьесе братьев Пресняковых «Изображая жертву». Честно говоря, я этот фильм не смотрел, да и вряд ли буду. Еще в меньшей степени можно ожидать от меня, что я присоединюсь к тому хору возмущенных ревнителей морали и нравственности, который неизбежно зазвучит, когда фильм увидит более широкая публика, чем та кучка рафинированных представителей киноэлиты, что собралась на сочинский «Кинотавр». Речь пойдет совсем про другое – про ту странную печаль, которую я, совсем не ретроград и человек, внесший в качестве переводчика свою лепту в проникновение ядреных слов на книжную страницу, ощутил, узнав о свершившемся. Говоря словами Верлена – откуда бы, право, такая тоска?

Процесс расширения сферы употребления матерной лексики начался в перестройку и продолжался все девяностые годы. Первой сдалась литература – к рубежу тысячелетий отпали практически любые ограничения на использование обсценных слов в русском художественном тексте. Театр и кино сопротивлялись дольше: публичность нарушения нормы (в буквальном смысле – ведь при публике) делало акт трансгрессии более шокирующим, хотя и более в силу этого желанным.

ghe flora series

Читать далее «Перемены.ru :: Илья Кормильцев :: Входит поручик Ржевский»

АПН :: Илья Кормильцев :: Великое рок-н-ролльное надувательство-2. Часть третья

V

Уж так устроены люди, что никогда не избавятся от привычки давать хлесткие характеристики эпохам, векам и десятилетиям. Я тоже человек, и ничто человеческое мне не чуждо. Поэтому, говоря о нулевых годах, я не могу удержаться от искушения назвать феномен, который с полной силой проявился в этот период, не иначе как империя троечников.

Именно в этот период началась резкая смена поколений в правящей элите. Люди, имевшие какой-никакой, но реальный опыт управления в позднесоветский период, начали стремительно вытесняться шушерой, которая в те же годы не была еще допущена ни до чего большего, чем пустая болботня на комсомольских собраниях, перекладыванию секретных папочек с дутыми отчетами в домах дружбы за рубежом и тому подобной мелкобюрократической деятельности. Пятерочники ушли в большую жизнь — желательно нероссийскую, двоечники — полегли костьми на терках и разборках, а вот троечники ждали своего часа — и дождались.
Читать далее «АПН :: Илья Кормильцев :: Великое рок-н-ролльное надувательство-2. Часть третья»

Пресса :: Inopressa.ru :: Владимир Путин, крестный отец всея Руси

Короче говоря, "Россией правит своего рода мафиозный купол, который грабит страну размером с континент и с населением в 140 млн человек – купол, непререкаемым крестным отцом которого является Путин", – подытоживает в своем духе политолог Станислав Белковский, только что издавший в Москве скандальную книгу под названием "Бизнес Владимира Путина".

Картинка взята здесь :: http://www.gif.ru

Станислав Белковский | Владимир Голышев :: Бизнес Владимира Путина

АПН :: Илья Кормильцев :: Великое рок-н-ролльное надувательство-2. Часть первая (продолжение)

III

Наибольшее подозрение вызывал размер толп. Нет, разумеется, артисту нравится, когда публики много. Стадионы и дворцы спорта после ДК и подвалов, не говоря уже о квартирниках, приятно возбуждали и тешили самолюбие. (А некоторые — как, например, «Алиса» или «Кино» — только в этих условиях смогли найти свою специфическую энергетику и стиль). Но одновременно это же и пугало: мы слишком хорошо помнили, что большинство этих людей еще пару лет назад слушали советскую попсу и западное диско — и вовсе не потому, что не могли достать самиздатовских магнитоальбомов — просто эта музыка больше соответствовала их запросам. Когда прожекторы перестройки выхватили из полумрака наши смущенные ряды, широкие народные массы слетелись на свет по тому же самому механизму, по которому на лампочку на дачной веранде слетается мошкара. Казалось сбывается (анти?)утопия БГ:

Еще немного, и сбудется мечта,
И наши люди займут места,
Под страхом лишения рук или ног
Мы все будем слушать один только рок.

Русский рок мыслил себя изначально как искусство довольно ограниченной социальной группы — или просто привык к такому положению за десять лет андерграунда. Поэтому когда с наступлением 90-ых стадионные толпы кинулись, топоча, в направлении афиш с надписью «Ласковый май» наступило не разочарование — облегчение.

Вторым кошмаром перестройки (после толп полюбивших рок гопников и мажоров) были те самые «интерпретаторы», о которых я писал выше. Они путались у нас под ногами, объясняли зачем и что мы делаем, и вообще мешали нам жить. В одной из своих статей Сергей Жариков (ДК) утверждает, что Артем Троицкий, Илья Смирнов и Миша Сигалов были тремя агентами КГБ, каждый со своим спецзаданием в отношении русского рока. Возможно, так оно и было, Жарикову видней, поскольку сам он, судя по всему, вел какую-то четвертую, особенно хитроумную разработку. Вообще каляевщина и гапоновщина была изначально присуща всей этой публике как в начале XX века, так и сейчас, в начале третьего тысячелетия. Они стучали друг на друга, поливали друг друга грязью сперва в своих самодовольных листках — «Урлайтах», «Контркультурах» и иже с ним, а потом уже и во всесоюзной молодежной печати. Их терпели, с ними общались, но не уважали. Поэтому когда они схлынули, как тараканы с квартиры с пустым холодильником, устремившись к разверзшимся зияющим высотам политической журналистики, нарождавшегося гламура и политтехнологий, никто не пролил скупой мужской слезы
Читать далее «АПН :: Илья Кормильцев :: Великое рок-н-ролльное надувательство-2. Часть первая (продолжение)»

АПН :: Илья Кормильцев :: Великое рок-н-ролльное надувательство-2. Часть первая


В свое время крестный отец панка Малькольм Макларен снял фильм о том, как он удачно продал уличный бунт британских недорослей испуганной буржуазии, окончательно потерявшей веру в будущее после бурного финала революционных 60-ых, нефтяного кризиса 73-го и дебюта палестинского террора на Мюнхенской олимпиаде.

– No future, будущего нет! — орал Джонни Роттен, и испуганные хозяева мира вторили полушепотом: — Yes, yes, no future…

На этом совпадении спроса и предложения веснушчатый шотландец и заработал свои миллионы. А потом слил секрет своего успеха в циничной ленте Great Rock’n’Roll Swindle (Великое рок-н-ролльное надувательство).

Печальная история русского рока так пока, к счастью или к несчастью, не обрела своего Макларена, который снял бы сиквел под названием «Великое рок-н-ролльное надувательство-2» Ибо, как и в той британской истории, мы имеем дело со старинным филистерским трюком: конвертацией гнева поэтов в политический капитал власть имущих с последующей сдачей на расправу обманутой толпе сделавших свое дело мавров.

В чем обычно обвиняют русский рок его критики, выползшие внезапно, словно черви после дождя, на могиле покойного, о котором, казалось бы, успели позабыть даже ближайшие родственники?

Они обвиняют его в том, что он послужил одним из инструментов разрушения Советской империи. И они отчасти правы. Но самозваные судьи в своем надрывном пафосе (каковой обычно выдает пристрастность суда) забывают об одном немаловажном для юриспруденции понятии — понятии умысла — и забывают неспроста.

«I was framed! Меня подставили!» — восклицают в критический момент герои типичного американского криминального боевика. Вместе с ними мое поколение — поколение тех, кто делал русский рок — может с полным основанием воскликнуть: «We were framed! Нас подставили!»
Читать далее «АПН :: Илья Кормильцев :: Великое рок-н-ролльное надувательство-2. Часть первая»

Новая газета :: К ШПРИЦУ ПРИРАВНЯЛИ ПЕРО

В Екатеринбурге Госнаркоконтроль борется с книгами и издателями

В литературном мире снова скандал на почве идеологии и пропаганды. 28 июня на екатеринбургском складе издательской группы «У-Фактория» начались проверочно-разыскные мероприятия по выявлению пропаганды наркотиков в книгах, выпускаемых издательством. Внимание екатеринбургского отделения Госнаркоконтроля (ГНК) привлекла переводная книга преподавателя одного из английских университетов Фила Джексона «Клубная культура», вышедшая в 2005 году и входящая в серию «Масскульт» (редактор серии — Владимир Харитонов). Основанием для выемки книг стал приказ начальника Федеральной службы по обороту наркотиков. Когда верстался номер, со склада «У-Фактории» в типографии «Уральский рабочий» сотрудниками управления ФСН России по Свердловской области было изъято 895 книг (общий тираж — 10 тысяч), в офисе издательства проводился обыск, в ходе которого изъяты накладные на книгу. Сотрудники управления ФСН России по Свердловской области от комментариев отказываются.

По заявлению PR-службы «У-Фактории» «Клубная культура» прошла необходимую экспертизу: специалисты филологического факультета УрГУ утверждают, что использование слова «пропаганда» в контексте этой книги неуместно. Заключением данной экспертизы установлено следующее: «В книге Ф. Джексона «Клубная культура» не содержится пропаганды наркотических средств».

Читать далее «Новая газета :: К ШПРИЦУ ПРИРАВНЯЛИ ПЕРО»