Еженедельный бюллетень «Книжная витрина» :: Скромное обаяние радикала

вне серий :: Алексей Цветков :: Баррикады в моей жизни

 Когда-то узнал у Курицына, что прозаик Цветков — сюрреалист, и поэтому читать его книгу вовсе не собирался. Потом полистал — вроде, нон-фикшн — и постепенно втянулся. Цветков интересен как тип домашнего экстремиста. Такой полноватый мальчик из культурной семьи, которого все тянет на баррикады. К тому же эти ребята всегда забавляют меня после того старого анекдота: «Девушка, вы могли бы полюбить радикала? — Ради чего?»

Пишет Цветков хорошо. Главное, нет у него этой извечной проблемы молодых литераторов, когда графоманствовать хочется, но не о чем: наполнения нет. О! — в его жизни столько всего уже было, что рассказывать да рассказывать. Только приходится себя ограничивать, тема все-таки четко обозначена: баррикады в моей жизни.

В юности он увидел по телевизору арабские беспорядки в Копенгагене, и его «зацепило». «Это было как влюбленность». Затем — личные воспоминания об августе 91-го, действительно интересные для тех, кто не был тогда в Москве. Жириновский, публично поддержавший путчистов и показывавший толпе «фак» с балкона гостиницы «Москва». «Мне сразу стало ясно, чего тут не хватает и чем я сейчас займусь». Шестнадцатилетний гимназист Цветков ломал и складывал в кучу заборы. А рядом два профессорского вида дядьки беседовали о Бердяеве. Ночью он участвовал в «агитации бронетехники», и командир колонны сразу перешел на сторону парламента. «Что ожидало бы танкового командира, окончись путч иначе?» — смешно рассуждает Цветков, словно знает сейчас, каков был приказ и зачем технику подогнали к зданию. В Москву он тогда приехал с юга, где в пионерлагере «Орленок» изображал перед американскими гостями юного нонконформиста в драных джинсах.

А вот воспоминания об осени 93-го читаются совсем иначе. Два года назад этому пацану хотя бы зубы гопники выбили (и девушка в первый раз отдалась). Баррикады же 93-го обошлись без всяких последствий. И не берусь ничего утверждать, но его личные будто бы «свидетельства» о кровавой ночи в Останкине выглядят поздним сочинением «очевидца», каких я много перевидал. Нет там ни одной живой детали…

Потом поездка в Одессу с «зелеными», протестующими против нефтяного терминала. Оборона жэковского подвала, где размещался клуб анархо-экологистов. Помещение загромождали ящики с костями «болгар», вырытых с какого-то кладбища. В московских новостях акцию сопровождал комментарий: группа радикальной молодежи захватила подвал в центре Москвы и требует крупную денежную сумму.

На стройплощадке трассы «Москва-Рига» начинающий партизан Цветков с удовольствием занимался луддитским вандализмом: выкручивал рычаги техники, уносил ключи и электроды, рубил удобным топориком провода, сжег подававший бетон конвейер… Строительство это мало тормозило. Тогда он построил с товарищами баррикаду. Ее разобрали проезжие водители. А Цветков стал задумываться над изготовлением бомб и смешивать селитру с сахаром — шесть к четырем. (Почему не три к двум? Загадка…)

Хорошо, что энергия Цветкова была канализирована в издание газеты «Лимонка». Быть интеллектуальным погромщиком во всех отношениях удобнее. «Раз вокруг одно кидалово, «Лимонка» призывала идти в глухое отрицалово… «Левохристианское басмачество», — шутили над эклектикой «Лимонки» идеологически разборчивые знакомые». «В мире, который — товар, у каждого должна быть правдоподобная специальность. Стараясь не менять взглядов, я занялся литературой».

Еще в книгу входят девять рассказов. Хорошие. Стиль почище, чем у Лимонова. Сюрреализма в меру и смешно.

Иванченко Валерий .

На фото :: Алексей Цветков в книжном магазине «Фаланстер» во время презентации книги «Баррикады в моей жизни», май 2006 г.

http://www.opt-kniga.ru/kv/review.asp?book=2630

Добавить комментарий