«Клёвая» революция

«Клёвая» революция

Klassenkampf: Джин Шарп : “От диктатуры к демократии”

Шарп Дж./ Дженкинс Б. «От диктатуры к демократии; Антипутч: Библия оранжевой революции (пер. с англ. Макаровой Н.; комм. Лимонова Э., Цветкова А., Шамира И. и др.)»

Книга Шарпа «От диктатуры к демократии», как сказано в аннотации, «была источником вдохновения для победившей оппозиции в Югославии, Грузии и на Украине». Видимо, поэтому она стала одним из первых изданий в новой поп-революционной серии «Klassenkampf». Понятие «поп-революционности» включает в себя представление о революционном перевороте, которое возникло еще в среде ветеранов парижских событий 1968 года, а после Майдана усиленно распространяется и в России: революция — это клёво! Цветы, смех и неизбежная победа над продажными трусами. Прикольный рисунок на обложке, предоставленный галереей Гельмана — Микки и Мини Маус, прикинувшиеся Рабочим и Колхозницей, — вполне этому представлению соответствует: «клёвая» революция не отрицает капиталистический брендинг — она и есть самый лучший брендинг!

Когда-то в отечественном культурном пространстве застрельщиком «клёвой» революционности был Эдуард Лимонов (по совместительству — «бугор» российского политического постмодернизма). В комментарии к этой книге он не упустил возможности написать, что, мол, мы-то давным-давно уже всё сами придумали. Но всё равно Шарп, мол, молодец, читайте, и у вас тоже все будет клёво в вашей борьбе!

Вслед за лимоновской агиткой идут тексты Шамира и Цветкова, и вот с них-то и надо начинать чтение этой книги. Лично я так и сделал, и они сразу укрепили мои старые подозрения насчет так называемой «ненасильственной борьбы» в исполнении американских специалистов по демократизации. Кто не желает начинать книгу с конца, может внимательно прочитать «Приложение» с перечнем «методов ненасильственных действий», и дальше уже сделать выводы, как именно надо относиться к продукции данного автора.

У Шарпа все очень просто. Есть страны демократические и недемократические. В недемократических народу свободу не дают. Значит, он сам должен ее завоевать. Но на стороне угнетателей — сила: армия, полиция, человеческий страх. Значит, надо действовать ненасильственно — это привлекает симпатию населения к революционерам. Предполагается, что революционеров сразу достаточно много, столько, чтобы население могло их заметить, прежде чем они окажутся в специальных пенитенциарных изоляторах. И это лишает «диктатуру» возможности проявить силу. Эта «диктатура», по умолчанию настолько тупа, что кроме как насильничать, ничего не умеет.

Самим методам «ненасильственной революции» уделяется мало внимания. Шарп больше увлечен их теоретическим обоснованием. Обоснование это представляет собой проповедь любви к свободе и ненависти к диктатуре. Причем в списки «диктаторских режимов» попадают без разбору «различные страны бывшего СССР (Эстония, Латвия и Литва), Польша, Восточная Германия, Мали, Боливия, Венгрия, Чили, Малави» и т. д. Этим автор выказывает полное безразличие к тому, как на деле все обстоит в столь разных обществах. Подробно показано, что раз плетью обуха не перешибешь, то невозможно сбросить обладающий «зверской природой» режим привычными методами вооруженной революционной борьбы. Необходимо распланировать «методы ненасильственных действий» — такие, как «публичные выступления, надписи в воздухе (самолетами) и на земле (вспашкой почвы, посадкой растений), групповое лобби, грубые жесты, молитвы и богослужения, бойкот общественных событий, политика аскетизма, забастовка истеблишмента, неохотное и медленное подчинение, мятеж, демпинг, стремление к заключению в тюрьму»… Это только 12 из 198 перечисленных вариантов. Давление на правительство должно нарастать, и тогда правительство вынуждено будет уйти. Или убежать, как уж получится.

Кто будет планировать, кто и как будет координировать, кто именно будет обеспечивать такие действия, как «154. ухудшение дипломатических отношений», или «185. политически мотивированное изготовление фальшивых денег» — об этом автор ничего не говорит. Кто будет отвечать за четыре уровня предложенного им стратегического планирования? И на этот вопрос нет ответа. Казалось бы, забыл написать о мелочах, увлекся главным. После разноцветных революций уже известно, кто именно возьмет на себя эти жизненно необходимые для успеха «неповиновения», но не клёвые функции… И после цветных революций эта книга действительно актуальна. Вот рушится лишенная народной поддержки диктатура, которой «новое освобожденное общество» (в чьем лице?) отказало в переговорах… Вот на ее руинах устраивается «долговременная демократия»… Эти описания вызвали приподнятое настроение? Знай: это и есть та «клёвость», которая снесла государственную власть в Тбилиси и Киеве.

Во второй части книги, «Антипутч», образ врага уточнен. Здесь назван конкретный враг «непротивленцев»: путч, военный захват власти группой заговорщиков. Эта часть книги написана чуть более технично. Однако общее впечатление от книги уже сформировано: хороший пример пропагандистской работы. Зачем-то ведь было нужно наговорить множество возвышенных слов о «концептуальных основах освобождения» и оставить в тени основные технические вопросы, которым теоретики классовой борьбы всегда уделяли наибольшее внимание. Объяснение этому пробелу может быть только одно: предполагается, эти вопросы будут решены уже тогда, когда придет время ненасильственно действовать. За вас, мол, чёрную работу сделаем, а вы — давайте, веселитесь, бойцы невидимого фронта.

Немцев Михаил
Газета «Книжная Витрина», 2005

Добавить комментарий