Александр Орлов :: Лимонов: тюрьма и суд. Два в одном

Лимонову Историческому просто фатально не везёт. Нет, я говорю не о тюрьме. Своим заточением он, сам Лимонов, хотя и постанывает, но, вне всяких сомнений, гордится.

[Эдуард Лимонов :: В плену у мертвецов]

Лимонову Историческому просто фатально не везёт. Нет, я говорю не о тюрьме. Своим заточением он, сам Лимонов, хотя и постанывает, но, вне всяких сомнений, гордится. И, конечно же, ему льстит, несмотря на тяготы тюремной жизни, что его, бывшего светского хулигана Эдичку, безнадежно стареющего картонного европейского авантюриста, величают сейчас в главной тюрьме (в тюрьмах) Родины Государственным Преступником, Террористом, Главнокомандующим революционной Армии и т.д., в общем, всеми теми титулами, о которых он так страстно мечтал и писал всю свою жизнь, которых жаждал и добился, как ему кажется. Правда, величают без особого почтения, и, в основном, только случайные сокамерники, следователи ФСБ, прокуроры и три десятка, по сути, не совсем вменяемых его соратников на воле. (Хотя по поводу невменяемости товарищей по борьбе можно поспорить, порою кажется, что они, просто, как могут, используют его прежнюю, Лимоновскую, мировую известность и нынешнюю ситуацию в своих далеко небескорыстных и неталантливых целях). Пытались о нём как о государственном преступнике №3 говорить и некоторые правительственные СМИ, но даже они, всегда бесстыдные, видимо устыдились. Но Лимонов отказывается это видеть, это его не беспокоит, он, очевидно, считает, что он на пике своей судьбы, что он уже «побронзовел», как минимум, «по яйца», он жадно ловит новости тюремного радио, запросто разговаривает с покойным Бродским по ночам, и уверен в том, что из тюремной параши ему в лицо зловонно дышит сама Всемирная История. Кабы не отсутствие бабы, он, наверное, был бы абсолютно счастлив. Но, именно, Великая История Человечества, в которую он всю жизнь пытался проскакнуть на ходу на деревянной палочке-лошадке во главе отряда тортометателей, уверяя всех, что под ним белый конь бога Революции, и сыграла с ним, совсем недавно поэтом Савенко, прескверную шутку. Нет, Лимонов не остался незамеченным Историей, ему в награду за старания были подарены две эпизодические главы. Обе написаны на наших глазах. Первая — очень короткая, вместе с тем, поучительная новелла об одной из неисчислимых глупостей неотёсанного российского государства, в период нынешнего столкновения цивилизаций и эпох. Её утром 23 октября 2002 года начал рассказывать на специальном заседании в Государственной Думе России Генеральный Прокурор этой самой России. Он был немногословен, и доложил, что величайшей победой над мировым терроризмом, угрожающим государственному строю РФ и её соседей, были поимка и суд над страшной бандой писателя Лимонова. Страна спасена. Дружные аплодисменты в зале! Всё, казалась бы, точка. Цель почти достигнута. Поколения рыдают, И вот-вот бюст Лимонова появится в пантеоне рядом с ЧЕ… В последних своих книгах Лимонов, опять ставший в тюрьме писателем, в мельчайших деталях и не без удовольствия описывает, как происходила эта «поимка». Ему можно верить, он почти никогда не врёт в деталях, даже если и стремиться что-то приукрасить. Сотни, если не тысячи, лучших агентов и офицеров управления по борьбе с терроризмом Федеральной Службы Безопасности, гоняются по всему пространству бывшего Советского Союза за несколькими неуловимыми группами малолетних клоунов из НБП. Клоуны дразнят чекистов, периодически расшвыривая во всех окружающих пирожные, торты, деревянные лимонки, и, в самом худшем случае, тухлые яйца и «говны», а Лимонов умело подстёгивает и убегающих и догоняющих пламенными революционными речами, замешанными, отчасти, на цитатах из Мао, Троцкого и Гитлера, а, отчасти, на книгах самого Лимонова. Иногда он и сам принимает участие в общей суматохе. Клоуны-нацболы (национал-большевики) думают, что это и есть та самая, очень весёлая, опасная революция, которая войдёт в учебники истории. А в ФСБ тоже ведутся на магическую силу слов и считают, что перед ними очень коварный враг, которого надо обязательно вывести на чистую воду, и расстрелять. В финале батальон спецназа накрывает тайную партизанскую базу вождя и его соратников на глухой Алтайской пасеке, и после многочасового обыска вместо гор оружия находит там лишь два пакета сухой манной каши. Или гречневой? Фокус-покус. Эта двухлетняя постановка под названием «Лимоновая Зарница» или скажем «Мой путь в Историю» могла бы лечь в основу какого-нибудь милейшего французского фильма, с Пьером Ришаром в роли Лимонова. Даже на Фантомаса не тянет — такой несерьёзный противник. Более идиотской операции российских спецслужб, пожалуй, не было никогда. Два года чуть ли не весь грозный следственный отдел ФСБ России по собственной воле шёл на поводу у талантливого, но, безусловно, сумасшедшего человека, тешил его «творческие» политические фантазии, давал обильный материал для будущих тюремных книг и позволил Лимонову думать, что ему всерьёз удастся именно так реализовать в России свою «Предначертанную свыше и предсказанную им самим» Судьбу величайшего из Героев подлунного мира. Обо всём этом Генпрокурор Устинов с утра в Думе скромно умолчал. Но новелла неожиданно продолжилась вечером того же дня, когда на сцене одного из Московских мюзиклов разыгралось одно из величайших, трагических и подлинных (!!!) событий новейшей истории. Неграмотный чеченский пастух Бараев, и не помышлявший о революции и вселенской славе в силу своего врождённого скудоумия, одним движением и тремя неправильно заученными сурами из Корана изменил всех нас и весь мир и отправился к Аллаху, потянув за собой две сотни трупов. И никто сейчас не возьмётся сказать, во что выльется это его движение. Заодно он, не подозревая о том, мимоходом превратил в пыль и весь миф о страшном «бронзовом» террористе Эдуарде Лимонове. Не того поймали! Всё, что делали в последние несколько лет Лимонов и его «партия-труппа», теперь, действительно, представляется как ничтожная и нелепейшая клоунада, балаган. А чеченский мюзикл — это да, сила! Правда, те, кто, не жалея сил и средств, преследовали Лимонова и просрали Бараева, сейчас, вообще, выглядят полными кретинами. Это у них, у этих «алтайских бой-скаутов», в т.ч., и у Устинова, и у Патрушева, и выше, надо спросить, может быть расскажут, как, пока они бегали за нацболами по латвийским лесам и Алтайским сопкам, чеченский спецназ несколько лет к ряду скупал оружие в Москве. Сами нацболы, в стане которых тоже царит уныние, признают, что Бараев почти убил партию Лимонова. Иными словами, они надолго, а, может быть, и навсегда, перестали интересовать прессу, со своими революционными тортиками, на фоне мировой схватки цивилизаций. Остаётся только атомную бомбу взорвать, чтоб перешибить эффект от чеченского выступления, но её в коробке от торта не спрячешь, и, к тому же, погибнуть взаправду придётся, да и денег нет, как назло. Более того, терракт в Норд-Осте, наверняка уже скоро, совсем сведёт на нет остатки российских политических свобод. А без вниман ия прессы, без телекамер и свободы такие карликовые ситуативные партии западного типа, как НБП, существовать, увы, не могут. Конечно же, можно ожидать продолжения жестокой судебной расправы над Лимоновым и его подельниками, но тогда это будет выглядеть просто как откровенно тупая и никому ненужная месть за позор. В любом случае-на дверях Большой Истории висит амбарный замок. Не произошло. Есть ещё одна глава, в которую Лимонов вписал себя более успешно. Глава Истории мировой литературы. Он даже смог своими первыми романами, в некотором роде, слегка повлиять на развитие всей западной письменной культуры начала восьмидесятых. Сказать своё особое слово, на короткое время возбудить умы. Но сейчас, после всей этой истории с НБП, он стал иным литературным явлением. Ясно, что никогда, даже в случае смертного приговора, его не будут считать писателем-разрушителем и героем типа Мисимы. Его вообще не считают больше писателем. Он стал персонажем, причём собственным персонажем, невероятной современной пародией на самого себя, Дон Кихота, идущего с ржавым автоматом в руках в атаку на турбогенератор Казахской электростанции. Правда, этот Дон Кихот порой становится похотливым де Садом, но, впрочем, и того и другого посадили в дурдом, где они в видениях и окончили свои дни. Над было отпустить его одного, преданного собой и всеми, даже близкими друзьями, в казахскую степь, казахи бы его не тронули, отобрали бы автомат и поместили в клинику, место они, наверняка, давно уже держат, а потом выслали в Париж. Возможно, суд в Саратове подобным и окончится. Дай бог! Часть проблемы заключается ещё и в том, что максимум через 10-15 лет книги и образ Эдички-бунтаря, кроме как филологам, никому интересен не будет, слишком быстро меняются мир и язык, не оставляя шансов даже самым-самым из нынездравствующих. И сам Лимонов это понимает и признаёт. Тем не менее, эти ворота, пусть не в Вечность, но в ближайшее будущее, для Лимонова пока не закрыты. Есть в мире очень много людей, что искренне полюбили его в восьмидесятых годах, когда он выскочил на свет божий с торчащим членом, как чёрт из табакерки, и просто ошарашил миллионы своими вывернутыми наружу нешуточными личными страстями. И любящие люди эти не хотят, чтобы он, гражданин вселенной и достояние их времени, великий писатель именно конца двадцатого века, сгнил в поганой русской тюрьме. Выпустите его на волю, поставьте ему при жизни памятник в центре любимого им Парижа, и в каждом городе, даже в Харькове, он этого заслужил своим немыслимым желанием попасть в Историю, можно ведь, ради исключения, ему одному, за страсть и охоту жить. Только автомат ему больше не надо подбрасывать, пусть даже очень попросит.

сайт прокси

Добавить комментарий